Flatik.ru

Перейти на главную страницу

Поиск по ключевым словам:

страница 1страница 2страница 3страница 4

Г.Д. Мухтарова также считает, что в советской истории имели место не только «смиренное присутствие казахов-мусульман, но и их деятельная религиозная жизнь, активные и пассивные формы сопротивления антирелигиозным акциям, индивидуальные и коллективные религиозные практики». Однако историк гораздо более категорична в оценках советской политики в отношении ислама в Казахстане: религиозные организации власть считала экономическим конкурентом; пренебрегала конфессиональной самобытностью мусульманских народов; ислам находился в неравном положении с православием, поскольку считался вредным пережитком, а православие – частью русской культуры. Репрессии против духовенства и верующих, закрытие храмов, сознательное манипулирование историческим сознанием мусульман, политическое недоверие и систематическое подавление национальных духовно-культурных свобод, политических притязаний и гражданских инициатив мусульман, упущенные возможности творческого восприятия и учета исламской реальности – таковы характерные черты политики советского государства. При этом во все периоды советской истории ислам у казахов оставался устойчивой данностью, обнаруживая в кризисных ситуациях высокую жизнеспособность. Более того, по мнению Мухтаровой, мощный процесс формирования советского атеистического общества закономерно привел к росту этнического самосознания мусульманских народов, что проявилось в 1980-е гг. Показывая и потери в религиозной культуре казахов за советский период (кризис нравственности, вера без должного знания), Мухтарова объясняет: государственно-религиозные отношения в СССР отражали цивилизационный конфликт. Казахский народ своим духовным опытом обеспечил «высокое совпадение результатов исторического развития с достижениями в мировом пространстве», а потому «роль ислама в советском казахском обществе была позитивной» [39. С. 6, 248, 253-255].

Меньшее место в современной казахстанской историографии занимают изучение истории Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. (здесь преобладает мемуарная и публицистическая литература) [40], эволюции советской системы в 1950-1991 гг. на примере отдельных областей – экономики, культуры, науки и т.д. [14]. Впрочем, принципиальная оценка советской системы распространяется и на этот период. Как считает С. Мажитов, тоталитарный режим послевоенного СССР отражал «имперский дух, идеология которого постаралась сделать все, чтобы потомки не могли узнать правду о своей национальной истории» [36]. Практически нет исследований по проблемам развития политической ситуации в эти годы в КазССР. Немного и крупных историографических исследований. Они, как правило, сводятся к тематическим обзорам в диссертационных и прочих работах. Более того, в подготовленной Институтом истории и этнологии им. Ч.С. Валиханова НАН РК структуре нового 10-томного издания истории Казахстана в 13 книге 7-го тома в разделе «Казахстан накануне и в период второй мировой войны (1939-1945)» появилось настораживающее «нововведение» - глава XVI озаглавлена: «Казахстан в советско-германской войне 1941-1945 гг.». Подобная трансформация представляется весьма недальновидной для преемственности поколений, формирования консолидированного исторического сознания и памяти общества, самой исторической правды и героических подвигов казахстанцев ради Отечества в тылу и на фронте [30].

Более всего не повезло «хрущевскому» и особенно «брежневскому» периодам, а также последнему 10-летию СССР. Общую оценку этого времени можно найти в 4 томе «Истории Казахстана», где обращается внимание на «проблемы экстенсивного развития экономики республики как сырьевого придатка общесоюзного военно-промышленного

комплекса, нанесшего непоправимый ущерб экологии окружающей среды» [28. С.9]. Богатое на факты и сведения содержание и стилистика разных глав этого тома, посвященного всей советской истории, ярко отражают разнохарактерные подходы и оценки по меньшей мере двух поколений историков РК, причем более молодые авторы не только суммировали фактологический каркас того или иного этапа, но и гораздо активнее приводят собственные умозаключения, сложившиеся под влиянием новой социально-исторической и историографической конъюнктуры.

Типичным примером служит одно из активно обсуждавшихся в 2004 г. в РК событий поздней советской истории – освоение целины. Посвященный ей раздел можно считать резюмирующей частью дискуссии. Он написан Ж.Б. Абылхожиным, который считает «целинный маневр» средством реанимирования «входившей в состояние комы Системы», отодвинувшей агонию на долгие годы. Он обращает внимание на трудовой подвиг советского народа и казахстанцев, на использование целины как символа восприятия образа Казахстана, сознательно создаваемого руководством страны и республики. Главное же – советская модель экономического развития была глубоко иррациональной, а потому освоение целины оказалось экологически нерациональным, экономически нецелесообразным («вряд ли кто знает, какова действительная цена экономических издержек легендарных казахстанских миллиардов пудов хлеба»; обострились региональные противоречия в развитии производительных сил республики) и социально неэффективным, несмотря на создание «обширной социальной и производственной инфраструктуры». Отмечен рост динамики интернационализации общественной жизни из-за сужения ареала функционирования казахского языка, объективной угрозы социокультурным и другим институтам системы жизнеобеспечения казахского этноса, что сказалось и на межнациональных отношениях. Раскрытие огромного потенциала целины автор связывает с реформаторскими устремлениями РК к рынку [28. С. 587-594].

Специфические повседневные практики и идентичности, которые сложились в совет­ское время у населения независимо от религиозной и национальной принадлежности, сохраняют свою роль и по сей день [1. С. 193-210]. Меж тем основными символами, формирующими образ советского прошлого через умножающиеся разножанровые издания, фильмы, конференции, мемуары, книги и места памяти, школьные учебники и пр., становятся голод, террор и сталинская репрессивная диктатура, война, экологический ущерб вследствие освоения целины и испытаний ядерного оружия под Семипалатинском. Позитивные результаты и последствия советской реальности, как правило, вяло констатируются и преподносятся индифферентно, в отличие от перегруженных негативными оценками описаний жертв и утрат. При этом мифологизацию исторического сознания современного казахстанца М.Койгельдиев объясняет тем, что «советская идеологически мифологизированная историография … до такой степени развратила сознание советского обывателя, что он до сих пор пребывает в состоянии сильнейшего маргинального кризиса, демонстрируя болезненные комплексы неполноценности, помноженные на чувство неуверенности, самоустранение и агрессию». Ту же причину называет Ж.Абылхожин [42]. К сожалению, подобными комплексами охвачена и часть историков РК.

По мнению Ремнева, «казахстанские историки продолжают плутать в четырех соснах колониализма, русификации, советизации и модернизации. Их рас­суждения позволяют допустить, что советизация вызывала у казахов большее неприятие, чем русификация, что оставляет возможность признания плодотворности влияния русской культуры. Остающийся популярным цивилизационный подход ориентирован, прежде всего, на декларирование нереализованной в прошлом возможности казахского социума проложить свой путь в современность, а культивирование кочевых традиций и стремление таким образом вернуться к прежней исторической идентичности остаются иллюзорными, несмотря на важ­ность сохранения азиатского наследия. Таким образом, постколониальные устремления казахских интеллектуалов оказались в известной мере переключенными на осмысление того влияния, которое оказал “имперский и советский колониализм” на казахов, на поиск способа преодолеть “колониальное прошлое” изнутри, независимо от того, было оно реальным или воображенным» [43. С.184-185].

Характерные трудности связаны с избирательным цитированием документов, их неполнотой, отрывом изучаемой проблемы от общего исторического контекста, определявшегося глубокими и объективными взаимосвязями региональных и общероссийских событий и действующих лиц. Важной проблемой остается ознакомление казахстанских историков с современными наработками российских специалистов по истории данного региона. Впрочем, российские историки еще в меньшей степени имеют аналогичную возможность, если учесть традиционное знание русского языка в постсоветских республиках, которое крайне важно сохранить как актуальную ценность для молодых ученых, и столь же традиционное незнание языков народов России и бывшего СССР большинством российских исследователей.

К важным для дальнейшего исследования темам относятся, в частности, национализм и национальные движения как ответ на западный, опосредованный российской и советской спецификой цивилизационный вызов, или на вызов секулярно-рациональных ценностей и отношений; активное участие в этом процессе интеллигенции, которая сама порождена воздействием европейских форм мысли и образования на местную культурную среду. Не менее актуально исследование трансформации политико-правовых, идеологических и социальных институтов и механизмов функционирования казахстанского общества в советский период, соотношения закономерного и случайного, объективного и субъективного в этнической общности. Глубокое осмысление проблемы преемственности и разрывов в этнополитической истории казахского общества в СССР и после его распада позволит более предметно анализировать современные задачи и перспективы социокультурного развития все еще многонародного и поликонфессионального Казахстана.

Соотношение и взаимодействие событий и тенденций «длинных» и «коротких» циклов этнополитического развития казахского народа, разрывы и преемственность в социально-культурных модификациях общества, взаимоотношения власти и национальной интеллигенции на разных этажах управления и социальной самоорганизации населения, эволюция политико-правовой культуры, динамика и конкретные проявления пересечения и наложения разных компонентов неоднородного по этноконфессиональным и иным характеристикам казахстанского социума, сохраняющего целостность и высокую адаптивность в радикально меняющихся политических и социальных обстоятельствах, - лишь немногие важные проблемы, нуждающиеся в глубоком и детальном анализе. При этом, поскольку «центром истории является точка пересечения человеческого действия и того смысла, который люди дают этому действию»

[56], все более востребованным становится социально-антропологический подход к изучению этнополитических процессов. Необходим анализ вариативности национализма, его политического значения и символической роли, мобилизующей силы образов прошлого, прежде всего в контексте формирования гражданской нации и идентичности в РК.

Преемственность в развитии общества, находившегося последовательно в составе Российской империи и СССР, объективно неизбежна, но признание этой очевидности совсем не обязательно должно вести к безоговорочно отрицательной оценке результатов и

последствий пребывания народа в огромном государстве, как это часто наблюдается в казахстанской историографии. Равным образом признание исторической преемственности не может оправдать разрывы в интерпретациях истории государственности, сводящие ее к возрождению доимперских и досоветских корней традиционной кочевой цивилизации при игнорировании объективной связи социально-политических и культурных институтов, гендерных, поколенческих и других отношений и практик в РК с таковыми в недавнем советском прошлом.

Сегодня мы являемся свидетелями становления новой исторической культуры общества, главным «потребителем» которой является молодежь, призванная передать эстафету верности национальному достоянию и способность конструктивно строить отношения с окружающим миром из прошлого - последующим поколениям. При объективных различиях в этом процессе между отдельными странами и близкими социально-культурными регионами общность некоторых ее качеств, в частности, на постсоветском пространстве, позволяет выделить и схожие проблемы, а также возможные варианты совместного их решения. В частности, практически повсеместно наблюдаются фрагментация и мозаичность исторической, в т.ч. коллективной памяти (особенно за счет инструментальной актуализации персонажей, событий, документов и артефактов); принципиальные изменения взаимосвязей между глобальной и национальными историями. Требуют внимания почти тотальная коммерциализация и масштабная технологизация производства исторических реконструкций, часто серьезно девальвирующих нравственное и правдивое осмысление прошлого. Не менее заметны умножающиеся практики манипулирования историческими чувствами определенных групп и обществ посредством СМИ, социальных сетей и пр. с внутри- и внешнеполитическими целями [49].

Социологи установили, что молодежь Казахстана, а также Киргизии, Узбекистана и Таджикистана в основном позитивно воспринимает советский период истории, причем во многом историческое сознание воспроизводится в семье, а уж потом на него влияют внешние факторы. Наиболее сильное информационное воздействие оказывает такая важная сила, как государственная пропаганда [27], избирательно и целенаправленно использующая и формирующая историографическое пространство. Ак. НАН РК C.З. Зиманов справедливо заметил: «История СССР - наша история, еще не ставшая прошлым. Она наш вчерашний день, еще не успевший скрыться за горизонтом живой памяти. Во многом мы еще живем в ней и ощущаем свою временную связь с нею. Как бы мы ни относились … к тому, что произошло за семьдесят лет Советской власти, - диктатура и репрессии, рост экономики, науки и образования, имперская политика и русификаторство – она останется, будет долго сказываться долгие годы на политике, на людях, на их делах» [26. С. 4].

Неоднократные встречи с казахстанскими историками и студентами, лекции и конференции, семинары и дискуссии подтверждают: все названные явления получают своеобразное преломление в толковании и «эксплуатации» прошлого в зависимости от возраста, образования, гражданской ответственности, социального статуса, культуры межэтнических коммуникаций людей. Дифференциация мнений относительно событий и

персонажей советской истории объяснима. При этом и избирательная память переживших советскую историю старших поколений, и волнения не знавшей этого опыта молодежи по поводу навязанных главным образом через Интернет призраков российской угрозы по поводу создания Таможенного Союза актуализируют прежде всего те образы советскости, которые отражают современные озабоченности людей. Среди ценностей, ностальгически связываемых с СССР, как правило, присутствуют стабильность, предсказуемость, безопасность, социальная защищенность, коллективизм и уважение к труду, нравственное целомудрие приватных практик, интернационализм (толерантность), дружелюбие и открытость общения. Есть надежда, что эти базовые императивы сохранят свой непреходящий смысл как в повседневных практиках граждан РФ и РК, так и в интернациональных по своей природе и назначению научных исследованиях.

Литература

1. См.: Абашин С. Нации и постколониализм в Центральной Азии двадцать лет спустя: переосмысливая категории анализа/практики // Ab imperio. 2011. № 3.

2. Ак. М.К. Козыбаев считал, что казахский народ «не был подготовлен для перехода к социализму. Он был привнесен сверху на казахскую землю», признавая в то же время огромный прогресс в политической, социально-экономической, культурной, духовной, национальной сферах жизни казахов // Козыбаев М.К. Отечественная история ХХ века: мифы и реальность // Казахстанская правда. 2000. 24-25 мая.

3. Алексеенко Н.В., Алексеенко А.Н. Население Казахстана за сто лет (1897-1997 гг.). Усть-Каменогорск, 1999; Сдыков М., Козина В. Население Казахстана (Конец ХІХ в. - 30-е годы ХХ в.) Кн. 1. Алматы: Оркениет, 2000; Сүгiрǝлимова Г.Б. Детская беспризорность в Казахстане. История, опыт решения проблемы, итоги (1920-1940 годы). На каз. яз. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганды, 2006; Балыкова А.М. Городское население Западного Казахстана: социально-демографические аспекты (1926-1989 гг.). На каз. яз. Автореф. дисс. … к.и.н. Орал, 2007; Козина К.В. Демографическая история Казахстана. Караганда, 2007; Население Западно-Казахстанской области в 1989-2009 годах: демографическая ситуация и тенденции развития. Отв. ред. М.Н. Сдыков. Уральск, 2009; Аман А.Б. Батыс

Қазақстанның ауыл халқы: тарихи-демографиялық аспект (ХХ ғасырдың 20-80 жылдары). Автореф. дисс. … к.и.н. Орал, 2009; Самаркин С.В. Социально-демографические процессы в Северном Казахстане в конце XIX – первой четверти XX века. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2010.

4. Алибек С.Н. Большевистская власть на юге Казахстана в 1917-1928-е годы (исторический аспект). Автореф. дисс. … д.и.н. Уральск, 2009.

5. Асылбеков М.Х., Сеитов Э.Т. Алихан Букейхан – общественно-политический деятель и ученый. Алматы, 2003.

6. Алексеенко А.Н. Сельское население Казахстана в 1920-1990 гг. Алматы, 1993; Мамырханова А.М. Казахское население между переписями 1897-1926 гг. Автореф. дисс. … к.и.н. Алматы, 1996; Татимов М.Б. Халықнама немесе сан мен сана. Алматы, 1992. См. также: Сдыков М.Н. Население Западного Казахстана: история формирования и развития (1897-1989 гг.). Алматы, 1995.

7. Алексеенко А.Н. Население Казахстана в 1926-1939 года // Компьютер и историческая демография / Ред. В.Н. Владимиров. Барнаул, 2000. Эл. ресурс. http://history1997.forum24.ru/?1-10-0-00000022-000-0-0-1228552076 (дата обращения: 17.08.2012).

8. Асылбеков М.Х., Галиев А.Б. Социально-демографические процессы в Казахстане (1917-1980 гг.). Алматы, 1991; Галиев А. Этнодемографические и миграционные процессы в Казахстане в XX в. // Евразийское сообщество. 1997. № 4. С. 199-226; Под грифом секретности. Откочевки казахов в Китай в период коллективизации. Реэмиграция. 1928-1957 гг. Сб. документов. Усть-Каменогорск, 1998; Депортированные в Казахстан народы: время и судьбы/ Сост. Г.Анес. Алматы, 1998; Дильманов С.Д. Исправительно-трудовые лагеря на территории Казахстана (30-е - 50-е гг. XX в.). Докт. дисс. Алматы, 2002; Миграция в Центральной Азии: проблемы и перспективы. Материалы междунар. конф. Алматы, 2005; Мендикулова Г.М. Казахская диаспора: история и современность. Алматы, 2006; Игнатьева Л.Н. Роль миграции в формировании населения Казахстана. Барнаул, 2006; Марданова З.Ж. Государственная политика принудительных переселений в Казахстан в 20 – 30-е гг. ХХ в. Автореф. дисс. … к.и.н. Алматы, 2007; Атантаева Б.Ж. Казахстанско-китайские межгосударственные миграции в середине XIX - начале XXI вв. Автореф. дисс. … д.и.н. Алматы, 2008; Жангуттин Б.О. Формирование славянского населения в Казахстане (численность, миграционный процесс в конце ХIХ-ХХ в.в.). Автореф. дисс. … д.и.н. Алматы, 2010 и др.

9. Асылбеков М.Х., Галиев А.Б. Указ.соч., Марданова З.Ж. Указ. соч.

10. Атантаева Б.Ж. Указ. соч.

11. Аткаминер до 1917 г. – волостной правитель, бий, аульный старшина, 50-десятник; лжебельсенды – лжеактивист.

12. Базаров К.Т. Административно-территориальные реформы в Казахстане (на примере северного региона 1920-1936 гг.). Автореф. дисс. … к.и.н. Уральск, 2006; Исаев Г.И. Становление и деятельность милиции Казахстана в 1917-1934 гг. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2009.

13. Базаров К.Т. Указ. соч.

14. Баймагамбетов С.З. Социально-культурное развитие Республики Казахстан (1980-2000 гг.): исторический анализ. Автореф. дисс. … д.и.н. Алматы, 2004; Сулейменова Г.Ж. Развитие общеобразовательной школы Казахстана в 1980-1990-е годы: исторический аспект. Автореф. дисс. … к.и.н. Уральск, 2007; Зуева Л.И. Развитие школьного исторического образования Казахстана в контексте мировых тенденций обучения

истории. 1985-2000 гг. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2009; Турова Л.П. История краеведческого движения в Восточном Казахстане в XX веке. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2009; Байжумин Д.А. Вклад академика А.С. Сагинова в развитие образования, науки и производительных сил Центрального Казахстана. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2010.

15. Бисенбаев А.К. Другая Центральная Азия. Алматы, 2003. Электронная версия.

16. В 1993 г. казахский историк, сделавший успешную карьеру на непримиримой критике советской власти и большевизма, весьма близкой по радикализму последнему, с восторгом поделился, рассчитывая на мой научный интерес к истории Алаш: «Зачем нам этот проклятый русский язык, достаточно казахского и английского», - но испытал разочарование, не найдя поддержки с моей стороны. За более чем 5 лет участия в диссертационном совете по историческим наукам одного из региональных вузов РК, мне не однажды приходилось поддерживать диссертантов, обвинявшихся отдельными членами совета в использовании русскоязычных источников или русского языка для написания исследования, хотя официально защита диссертаций в РК разрешалась на любом из двух – казахском или русском.

17. В Казахстане поднимают вопрос о «геноциде» - голоде 30-х годов // http://www.centrasia.ru/news.php?st=1338795480 (дата обращения: 4.06.2012); Правда о голоде 1932-1933 годов. Аяган Б.Г., Кыдыралина Ж.У., Ауанасова А.М. и др. Алматы: Литера-М, 2012. С. 243, 301-302.

18. Волкова Т.П. Взаимоотношения немецкого населения Казахстана и органов власти в конце 20-х нач. 30-х годов // История немцев Центральной Азии: Материалы Междунар. науч. конф. Алматы, 1998. С.93-104; Левковский А. Поляки в Казахстане // Үлгілі үйдің ұл-қызы. Народ - истинный воспитатель. Алматы, 2000. С.203-206; Абуов Н.

Тамырство крепче дружбы: [Исслед. этнокультур. истории Казахстана] // Мысль. 2001. №

7. С.77; Муканова-Хуршудян Д., Хуршудян Э. Армяне в Казахстане: история и современность // Центральная Азия и Кавказ. 2001. № 3. С.216; Мулдахметова Ж.И. Динамика межэтнических процессов 20-30-х годов XX в. в Казахстане. История и историографические проблемы. Канд. дисс. Алматы, 2001; Балтабаева А.М. Культурное развитие этносов Восточного Казахстана в 1917-1940 годах (исторический аспект).: Автореф. дис. ... к.и.н. Алматы, 2003; Ражепаева Ф.З. Татары Казахстана в 1970-1999 гг.: историко-демографический аспект. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2008; Сарсенов А.С. Исторический опыт формирования интеллектуального потенциала и этнокультурного развития аулов и сел Казахстана (1946-1991 гг.). На каз.яз. Автореф. дисс. … д.и.н. Орал,

2008; Ямшанова О.А. История немецкой диаспоры Центрального Казахстана в XX в. Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2009; Аманова А.С. Социально-культурное развитие диаспор северо-Восточного Казахстана в 1937-2005 гг. (на материалах Павлодарской области). Автореф. дисс. … к.и.н. Караганда, 2009.

19. Выбор был мрачным. Разве виноват только Голощекин? // Эл. ресурс. http://www.centrasia.ru/news.php?st=1342507440 (дата обращения: 17.07.2012).

20. Движение Алаш. Сб. материалов судебных процессов над алашевцами / Сост. Х.М. Турсун, К. Камзина. В 3-х т. Т.1. Алматы, 2011.

21. Джандосов А.У. Дихотомия «классового» и «национального» в реформаторской деятельности У. К. Джандосова: историографические и теоретические аспекты (1925-1927 гг.) // У.К. Джандосов и особенности социокультурного развития Казахстана в 1918-1938 гг. Материалы научной конференции. Алматы, 21 мая 2009 г. Алматы, 2010.

22. См., например: Идресова Ү.Х. Бақытжан Қаратаевтын қоғамдық-саяси қызметi (1860-1934 жж.). Автореф. дисс. … к.и.н. Уральск, 2007; Қyаныш С.О. Каспий аймағындағы Бөкей Ордасы, Гурьев жəне Манғыстау уездерi 1917 жылғы революциялық

өзгерiстер тұсында (салыстырмалы тарихи талдау). Автореф. дисс. … к.и.н. Уральск, 2007; Сулейменова Д.Д. Батыс Алашорда тарихы – өлке тарихының құрамдас бөлiгi. Алматы, 2007.

23. Есеркепов А.К. Социально-экономическое развитие Западного Казахстана во второй половине XX века (на примере Актюбинской области). Автореф. дисс. … к.и.н. М., 2003; Кырыкбаева Ә.О. История г. Семей: социально-экономические и культурные аспекты (1946-1990 гг.). На каз.яз. Автореф. дисс. … к.и.н. Алматы, 2000; Ескендиров М.Г. Восточный Казахстан в годы силовой модернизации (1926-1939 гг.). Семипалатинск, 2000; Его же. Социально-экономическое развитие Восточного Казахстана (вторая половина XIX – начало XXI вв.). Автореф. дисс. … д.и.н. Семипалатинск, 2006; Кузутбаева Б.К. Социально-экономическое развитие г. Актау (1959-2001 гг.). Автореф. дисс. … к.и.н. Алматы, 2001; Асылбекова Ж.М. К вопросу о развитии национальных индустриальных кадров (1917-1939 гг.) // История Казахстана: препод. в шк. и вузах. 2006. № 3. С. 79; Ерниязов Д.К. История транспортных связей Западного Казахстана (1977-2003 гг.). Автореф. дисс. … к.и.н. Актобе, 2007; Журасова А.Ш. История г. Уральска: аспекты социально-экономического и культурного развития (1946-2000 гг.). На каз.яз. Автореф. дисс. … к.и.н. Орал, 2007; Терновой И.К. Костанайская область: прошлое и настоящее. Костанай, 2007; Бердiғожин Л.Б. Қазақстанның мұнай-газ өндірісі саласындағы жұмысшы, инженер-техникалық кадрларының қалыптасуы және өсуі (1890-1990 жж.). Автореф. дисс. … д.и.н. Орал, 2009; Шаукенов Ж.А. Социально-экономическое и культурное развитие малых городов Казахстана (на примере г. Аркалыка 1956-2000 гг.). Автореф. дисс. … к.и.н. Уральск, 2009; Абденов А.Ж. Становление нефтепроводного транспорта в Западном Казахстане: история и современность (1920-2001 гг.). Автореф. дисс. … к.и.н. На каз. яз. Караганды, 2010 и др.


<предыдущая страница | следующая страница>


Советское притяжение (советский век глазами историков Казахстана)

«эксплуатации» событий и персонажей советского прошлого связано с социально-политическими, этнокультурными и гражданскими основами функционирования научного сообщества и реалий сов

528.36kb.

14 12 2014
4 стр.


Тесты по истории древнего Казахстана. Каменный век на территории Казахстана. Историческая общность «первобытное стадо»

Около 15 тыс всевозможных каменных изделий собрали археологи на стоянке раннего палеолита

497.93kb.

17 12 2014
3 стр.


«Тоталитаризм советский и германский: общее и различное?»

Хх века, тоталитаризм вызывает и сегодня, многочисленные дискуссии, и серьёзные столкновения мнений, как специалистов: историков, политологов, социологов, так и обычных людей

348.26kb.

13 09 2014
1 стр.


Александр Владленович Шубин Социализм. «Золотой век» теории

Книга предназначена для историков, политологов, философов, социологов, участников общественного движения

9924.5kb.

16 12 2014
55 стр.


Сводный перечень экспонатов международной историко-документальной выставки «Советское общество и война. 1941-1945 гг.»

Опубликованный текст выступления по радио заместителя Председателя Совета Народных Комиссаров СССР и народного комиссара иностранных дел СССР в. М. Молотова с обращением к граждана

629.97kb.

15 10 2014
3 стр.


Тема: «Палеолит- древнекаменный век»

К какой эпохе относятся следы первого человека, найденные на территории Казахстана?

34.97kb.

23 09 2014
1 стр.


Хх век: хроника необъяснимого. Год за годом

Все описанное происходило в XX веке, многие наблюдат за поразительными явлениями собственными глазами, но полагали, что стали жертвами массовых галлюцинаций. Однако

5449.09kb.

15 10 2014
36 стр.


История Казахстана Каменный век Палеолит

Первый человек, самые ранние останки которого были найдены в Африке в Кении в ущелье Олдовай, жил

557.48kb.

25 12 2014
3 стр.